Human rights all around the (post-Soviet) world

Только мертвые рыбы плывут по течению

Улицегородские хроники 5: Сближение Страсбурга и Сан-Хосе над Катынью
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Сегодня вынесено решение ЕСПЧ по делу Яновец и другие против России, касающееся расследования расстрела польских офицеров войсками НКВД под Катынью. Палата из семи судей сильно разделилась почти по каждому вопросу, причем убедительные аргументы были и у большинства, и у меньшинства.

Заявители жаловались на неэффективность расследования убийств их ближайших родственников - польских офицеров, взятых в плен советскими войсками, - под Катынью (ст. 2 Конвенции - право на жизнь - предусматривает обязательство государства не только не лишать человека жизни, но и расследовать случаи подозрительной смерти, в частности, все убийства). Однако убийства произошли в 1940 г., задолго до вступления Конвенции в силу в отношении России (и весьма задолго до ее создания). Обязательства государств по Конвенции возникают только после ее ратификации (5 мая 1998 г. для России), потому главный вопрос, который должен был решить Суд, - имеет ли он компетенцию оценивать эффективность расследования после 1998 г. убийств, совершенных за 58 лет до ратификации Конвенции Россией.

В предыдущих делах Суд считал, что у него такая компетенция есть, в тех случаях, когда от убийства до ратификации Конвенции проходило немного времени, а основная часть следственных мероприятий и судебный процесс имели место после ратификации (Шилих против Словении). Катынское дело явно не попадало в эту группу. Но оно имело другое существенное отличие: убийства офицеров - родственников заявителей - "имели признаки военного преступления" (п. 140 решения). В соответствии с Конвенцией о неприменении сроков давности к военным преступлениям и преступлениям против человечности преследование за эти международные преступления (а также за геноцид и агрессию) возможны вне зависимости от того, сколько времени прошло с момента событий. Однако Суд решил, что даже в таком случае нельзя говорить о существовании неограниченного во времени обязательства по расследованию (п. 139).

Это очень спорное утверждение, в чем-то даже подрывающее эффективность Конвенции о неприменении сроков давности, хотя и приемлемое на фактах дела: все ответственные за убийства в Катыни, в частности, Сталин, Берия, Ворошилов, Молотов, Микоян, Калинин и Каганович, умерли. Соответственно, у Суда нет полномочий оценивать эффективность расследования убийств под Катынью. За проголосовали судьи Карел Юнгвирт, Боштьян Зупанчич, Анатолий Ковлер и Анна Юдковская. Против были Дин Шпильманн, Марк Виллигер и Ангелика Нуссбергер. Меньшинство ссылалось на квалификацию расстрелов как военного преступления и на отказ российских властей признать это. Но если что-то и объединяло Суд по вопросу расследования, так это признание ответственности властей СССР за массовые расстрелы польских офицеров в 1940 г. (заявления СМИ о том, что якобы Суд "не признал Россию виновной за Катынь" являются проявлением бессовестного и безответственного подхода к выполнению журналистских обязанностей).

Статья 2, как кажется из решения Суда, не предусматривает "право на правду" (right to the truth), на знание о фактах прошлого и о том, кто несет ответственность за насилие, совершенное в отношении близких. Основные элементы "права на правду" были выработаны, как и многое другое в практике Европейского Суда, Межамериканским Судом по правам человека, рассматривавшего много дел о расследованиях деятельности южноамериканских диктатур. Немного удивительно, но очень радостно, что зачатки "права на правду" появляются в анализе Суда по ст. 3 Конвенции (запрет пыток, бесчеловечного и унижающего достоинство обращения и наказания). Хотя Страсбург сделал все, чтобы избежать употребления словосочетания "право на правду", его анализ приближается к тому, который проводит Межамериканский Суд.

Заявители жаловались, что не могли получить от российских властей никакой информации о судьбе их близких родственников. Здесь Суд отметил, что заявители не имели доступа к расследованию, поскольку были иностранными гражданами, а расследование было безосновательно засекречено. В то же время военные суды в России, признавая пленение офицеров, уклонялись от упоминания их расстрела, а такой подход, по мнению Суда, представлял собой "грубое пренебрежение обеспокоенностью заявителей и намеренное замутнение обстоятельств катынского расстрела" (п. 159). В рамках процессов по реабилитации властями утверждалось, что родственники заявителей не были убиты, но Суд признал это "искажением установленных исторических фактов", а утверждения о том, что они были приговорены к смерти, - противоречием решению Политбюро от 5 мая 1940 г. о расстреле без предъявления обвинения, "отвратительными и бесчеловечными" (п. 160). Суд решил, что хотя на данный момент уже нет неопределенности в том, живы или мертвы родственники заявителей, поскольку "исторический факт состоит в том, что они были расстреляны советским НКВД" (п. 162), обязательства государства не ограничиваются признанием факта смерти, тем более, что даже в таком признании обычно отказывалось. Хотя судьи Ковлер и Юнгвирт склонились к ограничению обязательств по ст. 3 Конвенции предоставлением информации о судьбе исчезнувших, причем только при наличии нарушения ст. 2, пять остальных судей решили, что власти России проявили бесчеловечное обращение в отношении заявителей (тех, кто родился до расстрела 1940 г.)

Хотя нельзя исключать передачу дела в Большую Палату (как нельзя это прогнозировать), мне кажется, что удовлетворение получили обе стороны. Правительство довольно отсуствием нарушения ст. 2 и, скорее всего, будет делать все, чтобы известность этого дела (в том числе, известность для национальных судей) сводилась к выводам Суда об отсутствии у него компетенции оценивать эффективность расследования катынского дела. Заявители получили требуемые выводы в свою пользу, хоть и со ссылкой на ст. 3, а не на ст. 2 (не самая важная игра цифр). С отрицанием ответственности СССР за массовые расстрелы польских офицеров Суд справиться не в состоянии, это не его задача. Из двух стран, вовлеченных в катынское дело, одной надо честно посмотреть в глаза историческим фактам и опубликовать архивные и следственные документы, сколь бы это не противоречило приятному властям этой страны историческому дискурсу. И эта страна - не Польша.

Ненулевой вариант 7: Маркин 2.0
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Только что вынесено решение Большой Палаты Европейского Суда по правам человека по столь нашумевшему делу Константин Маркин против России.

Дело само по себе не стоит выеденного яйца: нарушение не слишком тяжкое. Заявитель являлся военнослужащим и так получилось, что он был родителем и единственным опекуном своего малолетнего ребенка. До достижения ребенком трехлетнего возраста родителям может предоставляться отпуск по уходу за ребенком. В случае военных, такой отпуск предоставляется женщинам, но не мужчинам. Заявитель проиграл российские суды, Конституционный Суд отклонил его жалобу, но потом все же его командир предоставил ему этот отпуск собственным решением. На право заявителя пожаловаться в Страсбург это никак не повлияло, Суд нашел нарушение запрета дискриминации в отношении права на частную жизнь (ст. 14 вместе со ст. 8 Конвенции).

Проблема была в том, что в решении Палаты из 7 судей содержалась жесткая критика решения КС РФ по жалобе Маркина: в частности, аргумент типа floodgates, выдвинутый в определении КС, "а если все военные попросят отпуск по уходу за ребенком" не был, с точки зрения страсбургских судей, основан на сколь нибудь серьезном исследовании того, сколько вообще в России военных-мужчин, являющихся единственными родителями / опекунами детей в возрасте до трех лет.

Спокойствие всколыхнул Председатель КС РФ В.Д. Зорькин, который заявил, что есть пределы уступчивости и что не все решения Страсбурга одинаково полезны, а решение по делу Маркина так вообще нельзя принять. Были попытки реанимировать дискуссию о том, что надо исполнять не все решения ЕСПЧ, а только те, которые нравятся властям (привет "сенатору" Торшину). Под натиском громких заявлений представителей российских властей дело было передано в Большую Палату (17 судей), которая сегодня шестнадцатью голосами против одного подтвердила решение Палаты. Против был судья от Сербии Драголюб Попович, судья ad hoc от России Ольга Федорова проголосовала с большинством (Анатолий Ковлер, видимо, взял самоотвод, в Палате он голосовал против большинства).

Надо сказать, что решение Большой Палаты, хоть и идентичное по аргументации и заключению, написано немного более дипломатично. Все упоминания мотивировки Конституционного Суда заменены ссылками на такие же аргументы Правительства. Если это устраивает В.Д. Зорькина, пусть так и будет (хотя прискорбно, что ЕСПЧ поддается давлению одного человека).

Суд напомнил, что "Конвенция не останавливается у ворот армейских казарм" и что один только факт подписания контракта на военную службу не лишает человека прав на защиту от дискриминации (отказ от этого права вообще не возможен, когда речь идет о расовой или гендерной дискриминации, согласие на дискриминацию по признаку расы или пола недействительно). Суд провел исследования по вопросу об отпуске по уходу за ребенком для военнослужащих и признал, что лишь в небольшом числе стран Европы он предоставляется только женщинам, но не мужчинам. Была отклонена ссылка Правительства на "позитивную дискриминацию": в данном случае положения российского права были направлены не на исправление положения женщин, а на воспроизведение гендерных стереотипов, причем традиции той или иной страны не могут оправдать гендерную дискриминацию, поскольку государства не имеют права навязывать гендерные стереотипы, решил Суд. Была воспроизведена и мотивировка о том, что различие в положении мужчин и женщин военнослужащих не оправдывается заботой об обороноспособности страны: Правительство (как и Конституционный Суд, напомним) не представило никаких убедительных экспертных данных о том, сколько мужчин-военнослужащих в России могут претендовать на отпуск по уходу за ребенком и как это скажется на армии. Наконец, даже российская правоприменительная практика, на взгляд Суда (и несмотря на аргументы Правительства), чрезмерно жесткая: не рассматриваются индивидуальные обстоятельства каждого военного, в отпуске по уходу за ребенком отказывается автоматически. Наконец, Суд отметил, что заявитель находился на должности, которую замещали и мужчины, и женщины (оперативный дежурный группы боевого управления в составе оперативной группы радиоэлектронной разведки), причем он сам заменял при необходимости военнослужащих-женщин и наоборот.

Итого: тот же результат, та же критика, пусть и направленная не прямо в адрес КС, а в адрес Правительства вообще. Все это из-за выступлений В.Д.Зорькина (которые принесли прямой ущерб в 6 000 евро - настолько повышена компенсация морального вреда и судебных расходов и издержек в Большой Палате, ресурсов же задействовано намного больше).

Надо сказать, не в первый и не в последний раз ЕСПЧ осуждает решения КС РФ (Республиканская партия России, Кимля и другие, ЮКОС). И не в первый раз это происходит с конституционными судами вообще (Конституционный Совет Франции, Федеральный Конституционный Суд ФРГ, и т.д., и т.д., а уж как натерпелся недавно Конституционный Суд Черногории в деле Копривица...) Как и всякий международный суд ЕСПЧ рассматривает вопросы внутреннего права (в том числе конституционного) как факт (а иначе не может быть), никакого специально благоприятного режима конституционным судам по Конвенции (пока) не зарезервировано (и, надо надеяться, зарезервировано не будет).

Выход есть - соблюдать Конвенцию. Это легко и приятно.

Вести с полей 9
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Я не писал достаточно давно, может быть позже напишу почему.

Пока ожидаем завтра решения Большой Палаты по делу Константин Маркин против России, чтобы узнать, наступит ли предел уступчивости:Collapse )

Вести с полей 8
tgv-paris-strasbourg
korkinen
1. ВВП поменяется с ДАМ - не новость уже года четыре. Позволю себе лишь напомнить мой текст четырехлетней давности о том, что Конституция такова, что никакой третий срок, подряд или не подряд, невозможен. Но кому ж это интересно...

В этом журнале и в оригинале на Полит.Ру. :

В 2030-м, думаю, придется продублировать снова.

2. Пришел отказ в ходатайстве об освобождении Алеся Беляцкого. Надеюсь, автор отказа уже в черных списках. Надо сказать, что мне, как и всем остальным, прислали обезличенную формочку (спасибо, потрудились подписать и приклеить марки на конверт). Не потрудились мотивировать, ПОЧЕМУ Алеся освобождать нельзя. Могли бы потренироваться, что ли.



Сегодня началось ознакомление с материалами дела.

Вести с полей 7: Грузия против России №2
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Сегодня было слушание по второй межгосударственной жалобе Грузии против России, про события войны 888. Видео уже есть на сайте Суда, к просмотру оно обязательно. Это было нечто.

Представители российского правительства переплюнули сами себя семилетней давности. Когда столь близкий сердцам многих заявителей и их юристов Павел Лаптев на слушаниях по первым чеченским делам заявлял о пиаре на крови и убитых террористах (т.е. ни в чем не заподозренных гражданских лицах, причем даже по мнению российской прокуратуры), это было, как теперь ясно, легкой формой неадекватной аргументации.

Сегодя было круче. Барристер Майкл Свейстон, королевский советник (он же представлял Россию в ЮКОСе), предложил Суду отказаться от своей практики по экстратерриториальной юрисдикции (т.е. ответственности государства за действия его представителей за его пределами). Как будто не было последних двадцати лет и дел о юрисдикции Турции на Северном Кипре и в Ираке, России в Приднестровье, Соединенного Королевства в Ираке же, власти РФ утверждали, что юрисдикция государства может быть распространена за его пределы только с его согласия (ст. 56 Конвенции предусматривает это, только в отношении колоний).

Но это далеко не все. Один из вопросов Суда был о применимости международного гуманитарного права (право, применимое в ходе вооруженных конфликтов) и права прав человека. Все международные суды говорят о применимости обеих групп норм (в любом случае, гуманитарное право содержит почти все те же нормы, что и безусловные права: допускается применение силы к правомерным военным целям, ограничения свободы слова и права вступать в брак, но остаются и запрет пыток, и запрет разрушения собственности, и гарантии справедливого суда). Правительство России ответило, что применимо право войны (этот термин не используется как минимум с 1949 г., когда были заключены Женевские Конвенции - кто тут пересматривает итоги Второй мировой, не российское ли правительство), которое отменяет полностью положения Конвенции. "Правительства знают право лучше, чем юристы", - неубедительно в аудитории юристов заявил юрист Свейнстон.

Верхом аргументации было: "по праву войны государства имеют право неограниченно убивать солдат противника". Право неограниченно убивать не закреплено нигде последние лет сто (собственно, все Женевские Конвенции и Протоколы к ним - о том, что делать, чтобы не убивать; в некоторых случаях нельзя убивать солдат противника, например, если они военнопленные или hors de combat, но и не все жертвы среди гражданского населения неправомерны). Как Правительство России определяет, кто солдат противника, а кто - гражданское лицо, особенно при использовании оружия, не позволяющего отличать комбатантов от некомбатантов? Ответ мы знаем из чеченских дел: солдат противника (по российскую сторону Кавказского хребта - террорист) - это тот, кто убит.

Барристер Бен Эммерсон, королевский советник, представлявший Грузию был более скучен: не отрицал последние 60 лет существования международного права, предлагал применять устоявшуюся практику, но, пожалуй, слишком неконкретно обсуждал исчерпание средств правовой защиты в России. Мог бы помимо общих заявлений о культуре безнаказанности (это никогда не убеждало Суд, он предпочитает изучать конкретные механизмы), объяснить Суду, что российские власти не только должны были, но и могли (юридически и фактически, и без содействия грузинских властей) расследовать преступления военных и югоосетинского ополчения, но не сделали этого.

Мне кажется, это не передает ощущения кошмара от аргументов Правительства России, поэтому смотрите слушания. Вот тут можно найти фрагменты моего интервью "Эху Кавказа" (проект Радио Свобода), сразу после слушаний.

Ненулевой вариант 6
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Решение по существу по делу Нефтяная компания ЮКОС против России случилось. Представители российских властей, пытаясь сделать хорошую мину при плохой игре, заявили о полной и безоговорочной победе ответчика. Следует напомнить, что в Европейском Суде по правам человека государство-ответчик проигрывает дело, если имело место хотя бы одно нарушение Конвенции (по этому критерию даже проваленное заявителями дело Камалиевы против России было ими выиграно).

В деле ЮКОСа Суд нашел несколько серьезных нарушений Конвенции:

 - ст. 6 (право на справедливое судебное разбирательство) - у юристов компании не было времени и возможностей знакомиться с материалами дела о налоговых претензиях, которое привело к банкротству компании (именно поэтому еще в решении о приемлемости Суд признал, что ст. 6 применялась в деле в части "уголовного обвинения");

 - ст. 1 Протокола 1 к Конвенции (право собственности) - компания была привлечена к ответственности (наложен штраф, лишивший ее собственности) не на основании закона; произошло все потому, что срок давности привлечения к ответственности истек, но Конституционный Суд в постановлении от 14 июля 2005 г. отменил применимость положений Налогового кодекса о сроках давности к "недобросовестным налогоплательщикам", но сделано это было уже когда срок давности истек, - типичный случай обратной силы закона, ухудшающего положение налогоплательщика и обвиняемого;

- опять же ст. 1 Протокола 1, поскольку судебные приставы не дали компании возможность выплатить штраф, а сразу продали самый важный актив - Юганскнефтегаз, чтобы лишить ее возможности рассчитаться по долгам вообще.

А что не нашли нарушения ст. 18 (запрет ограничения прав в целях, не указанных в Конвенции, т.е. "политические преследования"), так иногда требуются годы, чтобы убедить Суд в очевидном. Хотя в деле ЮКОСа жалоба по ст. 18 была достаточно важной, она не была центральной для всей жалобы - посмотрите хотя бы слушания по делу. Суд, конечно, мог бы задаться вопросами "почему компании не дали возможность подготовиться к слушаниям в судах?", "почему именно в данном деле было исключено применение сроков давности?", "почему компании не дали возможность рассрочить платежи, а сразу же признали банкротом и продали невесть кому главный актив?" Может быть, это привело бы Суд к иным заключениям по ст. 18. Но практика (единственное решение с нарушением ст. 18 - Гусинский против России) Суда показывает, что нарушение ст. 18 не может быть найдено, полагаясь на умозаключения (on inferences), а только при наличии прямых (письменных) доказательств.

Про нарушения ст. 1 Протокола 1 хочется высказаться особо, потому что вспоминаются эпизоды еще студенческих лет. Вот постановление Конституционного Суда от 14 июля 2005 г. Еще когда дело находилось на Ильинке, мы сидели в слабоосвещенной столовке юрфака Вышки с уважаемым molekrtek и тихонько прифигевали: суть дела состояла в том, что Конституционный Суд готовлися сделать оговорки к сроку давности налоговых правонарушений. Постановление потом это ожидание подтвердило: для плохих парней нет сроков давности. Конституционный Суд приравнял нарушения в налоговой сфере (даже не уголовные!) к преступлениям против человечности и военным преступлениям (только в их отношении правом признается и даже требуется отсутствие сроков давности). И так и хочется сказать: "не говорите что вас не предупреждали": это постановление я критиковал и в магистерском дипломе (сентябрь 2006 г.), и в статье в "Сравнительном конституционном обозрении" (№4 за 2009 г.)

Именно отмена Конституционным сроков давности после того, как они истекли, и заставила Европейский Суд найти нарушение Конвенции (непоследовательное правовое регулирование вмешательств в осуществление права собственности). Именно Конституционный Суд позволил, несмотря на требования Конституции и Конвенции, привлечь ЮКОС к ответственности за налоги в 2000 г. и увеличить штрафы за последующие годы. Именно постановление Конституционного Суда раскритиковано в сегодняшнем страсбургском решении. Но почему же не слышно, как В. Зорькин требует защитить суверенитет России от вмешательств международных судов? Отчего такая избирательность?

UPD: Дмитрий Гололобов - один из адвокатов команды ЮКОСа-Ходорковского, пишет на "Свободе", что жалобы по ст. 18 и по ст. 14 (политический характер дела и избирательное применение закона) были основными в жалобе. Я лучше думал про сторону заявителя. (Коротко: жалобы по этим статьям могут быть поданы только в связи с жалобой на нарушение основных прав, гарантированных Конвенцией, ст. ст. 13, 14 и 18 Конвенции не имеют самостоятельного существования). Еще одно подтверждение того, что лучшие эксперты по Конвенции в России в основном работают не в корпоративной (коммерческой) сфере.

разные новости
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Пока Европейский Суд не разразился решением по делу Юкоса:

1. Выход книжки про приемлемость жалоб в ЕСПЧ был перенесен (и именно на 20 сентября, когда выйдет Нефтяная компания ЮКОС против России). Будем надеяться, 20 сентября все выйдет, и я наконец увижу окончательную версию своей главы про приемлемость жалоб против России. Книжка, судя по всему, только на французском.



2. Забава от КоммерсантЪа:


Вести с полей 6: Интересные коммуникации
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Пока я собирался и никак не мог собраться написать (не получается у меня писать регулярно, к событиям и т.п.) про свою работу в Международной комиссии по расследованию июньских событий 2010 г. на юге Кыргызстана и ее доклад (который переведен на русский), доклад по репрессиям после выборов декабря 2010 г. в Беларуси, арест Алеся Беляцкого произошло много интересных коммуникаций, которые выкладываю здесь for the record:

1. Сегодняшняя "табличная" коммуникация 186 дел по войне в Южной Осетии против России:

2. Кобаладзе и другие против России - события в "буферной зоне" после активной фазы войны в Южной Осетии

3. Стяжкова против России - смертельный случай дедовщины (выстрелил себе в висок из ружья и так три раза), произошедший в Чечне, но мог произойти где угодно; жалоба подана еще в 2004 году!

4. Абдурахманова и другие против России и Аджигитова и другие против России - дело по нападению на станицу Бороздиновская в 2005 году

5. Кошкаров против России - убийство военного в Чечне на военной службе, подрыв на мине. Может быть интересное развитие решения Альбеков и другие против России.

6. Добриева и другие против России - исчезновение в Санкт-Петербурге родственников вдовы Макшарипа Аушева, владельца оппозиционного сайта Ingushetiya.Ru

7. Аслаханова против России - повторная коммуникация по ст. 46 Конвенции: Суд ссылается на более чем 100 решений по насильственным исчезновениям в Чечне и 10 лет спустя начала этой практики интересуется, не является ли эта практика системной. Суд задумался о пилотном решении или хотя бы Article 46 judgment по Чечне. Вода камень точит!

И еще два дела, не связанные, на этот раз, с войнами на Кавказе:

- Мовсесян против Армении - ответственность государства за (не)функционирование скорой медицинской помощи: из-за приезда скорой только через 45 минут после вызова и врачебной халатности скончалась беременная дочь заявителя.

- Бакоев против России - первая, кажется, коммуникация по экстрадициям в Кыргызстан, причем в Ош, но по делу, кажется не связанному с событиями 2010 г.

Ну и напоследок, для тех, кто считает, что "Ющенко сдался, а я нет" - Луценко против Украины, дело бывшего министра внутренних дел и лидера "Народной самообороны" (с вопросом по ст. 18 Конвенции, также как и у тестя бывшего Председателя Верховного Суда Украины - Корнийчук против Украины).

Есть над чем поработать в новом сезоне.

Why I write?
tgv-paris-strasbourg
korkinen
Почему я пишу?

Я долгие годы не заводил ЖЖ, считая, что если мне нужно рассказать о чем-то друзьям, я напишу е-мэйл, а если мне нужно сказать что-то urbi et orbi, я напишу статью для www.polit.ru. Вот недавно я так и сделал, написав статью про новую киргизскую Конституцию. Однако у Полит.Ру оказалось столько статей про Киргизию, что приходилось их публиковать дозированно. Ожидание заняло неделю - т.е. вечность, в терминах развития ситуации в Киргизии (и хотя статья не устарела, будь она на чуть более актуальную тему - могла бы).

Вот чтобы избежать такого ожидания, я решил завести ЖЖ.

Это не значит, что я перестану публиковаться на Полит.Ру - его, в отличие от моего ЖЖ, читают в Конституционном Суде РФ.

Но не думаю, что обновления будут частыми.

Сначала будет ретроспектива уже опубликованных статей. Их больше 10, так что можно сходить и на предыдущую страницу.
Tags:

Ненулевой вариант 5: Зорькин и Нюрнберг, Амикус и Кыргызстан, и другие
tgv-paris-strasbourg
korkinen
В этом выпуске: комментарии Зорькина о Нюрнбергском процессе, введение института amicus curiae в конституционный процесс в Кыргызстане и окончание истории с оценкой польского закона белорусским КС.

что стряслось?Collapse )

?

Log in